Давайте подумаем, чем кино отличается от сериалов? Кино — это когда зритель выбирается на просмотр. То есть ему нужно найти себе компанию, приобрести билеты через сайт, доехать или дойти до кинотеатра, купить попкорн и поудобнее разместиться в зале. Это целое мероприятие. А сериалы сами приходят к зрителю домой и порог входа очень низкий. Вам достаточно нажать кнопку — и можно приступать к просмотру. Но и отношение к продукту тоже разное. Фильм вы, скорее всего, досмотрите, даже если он плохой. Сериалу же сложнее удержать внимание зрителя. Свою роль в росте популярности сериалов сыграла и пандемия, ведь доступ в кинотеатры был закрыт, а к сериалам — открыт. Кроме того, в какой-то момент высококлассные сценаристы, режиссеры, продюсеры, операторы стали работать и в кино, и в производстве сериалов. Сериалы по качеству поднялись до уровня художественных фильмов, а где-то даже превзошли их. Сериалы сегодня — это новые романы. Были времена, когда литературные журналы печатали по одной главе нового романа Федора Достоевского. Чем не сериал? Ну и последняя реплика от меня как сценариста. В сериале можно раскрыть тему или героя гораздо глубже, чем в полнометражном фильме. Чтобы зритель полюбил героя, он должен видеть его как можно чаще в разных сценах, в разных обстоятельствах. Сериалы дают эту возможность. Я не знаю, сохранится ли мода на сериалы, но думаю, что теперь они с нами навсегда.
В индустрию пришло больше людей, она выросла. Но скорость потребления контента все еще опережает скорость производства сериалов. По этой причине на рынке одновременно можно встретить и что-то шедевральное, и что-то не до конца доработанное, поспешное. Второй важный момент — выросло поколение специалистов, они набили руку на производстве контента. Иностранный язык для них не является преградой, они смотрели мастер-классы на английском языке, читали соответствующую литературу. Прогресс в отрасли стал заметен где-то года четыре назад, и сейчас он не стоит на месте. Кроме того, появление платформ — это золотое время для тех, кто производит сериалы и кино. Спрос на истории очень высок как со стороны зрителя, так и со стороны онлайн-кинотеатров, которые конкурируют между собой и за зрителя, и за производителя.
У меня есть ощущение, что вряд ли кому-то хочется смотреть одно и то же. Все зависит от настроения и обстоятельств. Сегментирование рынка сериалов будет происходить и дальше. Повторить феномен «Физрука», сразу захватившего огромную аудиторию, невозможно (по данным Mediascope, премьерная серия стала лучшим стартом и абсолютным рекордом в истории ТНТ, — прим. ред.). Та же «Эпидемия» очень крутой сериал, но если бы не история с пандемией коронавируса, ему было бы гораздо сложнее достичь такого уровня популярности. Не невозможно, а именно сложнее. Есть хорошо рассказанные и плохо рассказанные истории. Но уже сейчас уменьшается количество массовых сериалов и появляется большое количество нишевых историй. Я этому очень рад.
Раньше контент для ТВ и для интернета различался очень сильно. Но не стоит забывать, что на платформах смотрят сериалы, которые когда-то производились для телевидения. Платформы — это просто более удобная площадка для зрителя: не нужно подстраиваться под сетку вещания. Платформы дали ощущение свободы и тем, кто производит сериалы, и тем, кто их смотрит. При производстве сериалов для ТВ выдается четкое техническое задание: и продолжительность серии, и перебивки на рекламу. Эпизоды в сериалах для онлайн-кинотеатров могут отличаться по времени, и вообще здесь авторы рассказывают историю, которая ведет зрителя за собой. Больше свободы не только в темах, но и в форме подачи. Любой автор стремится туда, где его меньше ограничивают. В отличие от платформ, телевидение иногда лишает авторов какой-то части свободы. Дальше будет еще сложнее — через пять лет, а может и раньше, подрастут те, кто потребляет контент только через интернет. Производители перестанут понимать, как и зачем им делать сериалы для ТВ. Но телевидение не исчезнет. Когда появляется новая форма искусства, она грозит уничтожить все, что существовало раньше, но в конце концов этого не происходит.
Изначально у нас было партнерство с ТНТ, тем более что телеканалу понравилась история, которую мы предложили. И если запускать наш сериал на телевидении, то это мог быть только ТНТ. Нам дали возможность экспериментировать, хулиганить, и в этом заключается кайф! Плохо относиться к ТВ значит не уважать его аудиторию. Это немного снобизм. ТНТ подарил нам большое количество любимых всеми героев, зачастую это были подчеркнуто маскулинные типажи: тот же Колян из «Реальных пацанов», физрук Фома из одноименной комедии, Иван Охлобыстин из «Интернов». Мне всегда хотелось немножко поиронизировать над этими героями. Благодаря этому и появился персонаж «Легенды» — Леня, человек-квинтэссенция всех этих суперменов с ТНТ.
Все истории, которые мы создаем, имеют довольно долгий путь к зрителю, во многом мы делаем это сознательно. Но «Легенда» придумывался сразу под ТНТ. В пути концепция сильно трансформировалась. Думаю, что на меня в значительной степени повлияла работа над сериалами для платформ. «Легенда» легко зашла бы на платформе: в истории много экспериментов, хулиганства. Если я не ошибаюсь, то это первый в мире экшен-ситком. При том что экшен-ситкомы в принципе очень сложно снимать, поскольку производство в этом жанре стоит очень дорого. Совместить экшен и ситком очень сложно. Мы сами придумали технологию производства, как не терять времени и при этом сохранять качество. Так же в сериале очень много пиксельной анимации, потому что этот стиль формировал героя — он вырос на играх Dendy и Sega. Для телевидения это тоже эксперимент. Когда я говорю про свободу для авторов, то именно это и имею в виду: не возможность материться, не стремление кого-то оскорбить, а смешение жанров, форм, шанс творческого эксперимента, рассмотрения темы с разных сторон. Если бы мы решили выпустить «Легенду» на платформе, то в сериале был бы более жесткий экшен. Может быть, в нем было бы больше крови.
Я согласен с тем, что говорят исследования. Во время создания сериала мы много беседовали об этом с социальными психологами. Вдобавок у меня самого двое детей и мне хотелось разобраться с этой темой. Замалчивание проблемы только усугубляет ситуацию. Но не меньше ее усугубляет выпячивание какой-то одной причины. Во всем виноваты сериалы? Или видеоигры? А когда не было компьютеров, то были виноваты жесткие дворовые игры? В моем детстве дворовые игры были, пожалуй, гораздо жестче, чем сейчас. Это очень сложная проблема. И я стараюсь опираться на то, что доказано специалистами, а также на свой жизненный опыт. Я не считаю, что экшен в сериалах приводит к агрессии в жизни. Фильмы ужасов, боевики, игры — это все формы канализации (направления, — прим. ред.) внутренней агрессии. Скорее, они помогают справиться с ней.
Я уверен, что наши сериалы будут востребованы на мировых платформах. Таких примеров все больше. Мы не оторваны от мира, а являемся частью мирового сообщества и мировой культуры. Мы смотрим практически то же самое, что и весь мир. И мы, производители, понимаем, какие истории интересны за границей. Чем больше мы связаны с остальным миром, тем более универсальные истории создаем. Кроме того, в мире происходят те же самые процессы, что и у нас. Появляется большое количество платформ, спрос на сериалы очень высок, закупается иностранный контент, в том числе российский. Сериалы и кино в современных реалиях — это новая форма путешествия. Если человек не может поехать в другую страну из-за «ковидных» или финансовых ограничений, то вправе посмотреть, что происходит в других странах на экране компьютера или телевизора. К тому же, если авторы рассказывают универсальные человеческие истории с местной спецификой, есть шанс, что их поймут за границей. Но просчитать это очень сложно. Лучше попасть в сердца своего зрителя. И тогда больше шансов пересечь с этим продуктом границу. Кстати, именно комедийные сериалы довольно трудно продать зарубежным платформам. Успех комедии во многом зависит от хорошего знания контекста, от языка, а язык формирует смысл.
Я называю себя шоураннером и рад, что в нашу жизнь вошло такое понятие. Прежде тому, чем я занимался, не было емкого и точного определения. У меня было ощущение, что в какой-то момент придется выбрать, кто я — сценарист или продюсер? В производстве сериалов и кино есть определенная иерархия. С одной стороны я был сценаристом, подносящим снаряды режиссеру, а с другой — продюсером, за которым в производстве остается последнее слово. Как выстроить коммуникацию внутри процесса съемки, я не совсем понимал. Когда пришло понятие «шоураннер», стало легче. В моем понимании шоураннер — это сценарист-продюсер, носитель ДНК истории, отвечающий за итоговый продукт. Если что-то пойдет не так, то все вопросы к шоураннеру: он отвечает и за идею, и за воплощение. В России шоураннеры — это авторы, которые захотели иметь контроль над историей, для которых важно, чтобы история получилась лучше, чем было задумано с самого начала.
Мне часто говорили, что я молодой автор. Но это не так. Я начал писать в 14 лет, у меня была пьеса, за которую я даже получил награды. Потом в моей жизни появилась театральная школа, КВН. Затем была длительная работа на фрилансе, когда я брался за написание сценария для серии или за скетчи, много писал, набивал руку. Мы также готовили адаптации американских шоу, и американские консультанты очень многому нас научили, прежде всего, подходу к профессии. И, конечно, очень много мне дала работа над сериалом «Физрук». Я понял, что в формате ситкома можно раскрывать очень сложные, болезненные темы. У меня довольно рано появилось желание иметь больший контроль над историями, которые рассказываю, мой приход в профессию шоураннера я считаю более чем логичным. Есть те, кто хочет быть только сценаристом, им так комфортно, и это тоже классный путь. Но мне скучно заниматься только одним направлением. Хочется попробовать и то, и это — столько всего интересного, а жизнь одна! И это ответ на вопрос, почему я некомфортно чувствую себя в режиссерском кресле. У меня в этот момент возникает ощущение, что вокруг столько всего происходит, а я занимаюсь чем-то одним. Кроме того, есть гораздо больше крутых режиссеров, чем я. Они классно выполняют свою работу. Я же увереннее и комфортнее чувствую себя в профессии сценариста, продюсера, шоураннера.
Это история о человеке с самым большим эго в мире. Он везде видит соревнование, вызов, стремится непременно победить. Вы выпьете две чашки кофе — он выпьет три. Вы не спали пять суток — он не будет спать шесть. Он постоянно ищет поле битвы, чтобы на нем победить. Как мне кажется, это точно попадает в российского зрителя, потому что у нас есть культ маскулинности, победы, настоящего мужика. Когда мы разбирались, откуда это пошло, почему наблюдаем это явление в такой гипертрофированной форме, то оказалось, что большую лепту в формирование образа внесли боевики 80-х и 90-х годов прошлого века. Мы попытались отрефлексировать эту историю. Наш герой будет постепенно, шаг за шагом меняться. Самое главное, он добрый чувак, у которого есть талант. Надеюсь, что всем, кто смотрел боевики 1980-х и 1990-х, сериал понравится. Формат «Легенды» будет близок молодому поколению, отчасти он напоминает формат TikTok. А содержание ближе аудитории 25–40 лет. Ненамеренно, но мы попали в волну ностальгии по 1990-м. Хотя рассказываем про настоящее, но одновременно говорим про то, как на нас отразились 1990-е. Внутри россиян очень крепко сидит любовь к экшенам, к героям из таких фильмов, как «Форсаж» или «Мортал Комбат». А в Лене из «Легенды» она сидит сильнее всех и ему придется научиться быть не героем боевика, где все просто, а чувствующем человеком в реальном мире, где все неоднозначно.
Премьера сериала «Легенда» с понедельника по четверг в 20:00 на ТНТ.
_674077ae84154.jpg)
