С точки зрения получения дохода нам стало легче после ухода из России иностранных вендоров. В определенных сегментах наши продукты и технологии практически не имеют альтернативных предложений.
В плане развития технологий это большой минус. В мировом масштабе индустрию двигают крупные компании. Нам важно смотреть на идеи других ИТ-гигантов, на то, что они делают со своим продуктом, куда развиваются их технологии. К сожалению, сейчас в России мы всего этого лишены, поэтому в планах у нас международная экспансия. Мы жаждем этой конкуренции.
Отсутствие конкуренции всегда приводит к замедлению развития технологий. Конкуренция нужна как воздух, без нее компании перестают развиваться. В тех сегментах рынка, где есть здоровая конкуренция российских решений, например, систем DLP (Data Leak Prevention, предотвращение утечек, — прим. ред.), идет технологическое развитие.
Positive Technologies — это группа компаний. Одно из наших иностранных юрлиц еще в апреле 2021 года попало под санкции Министерства финансов США: мы столкнулись с ограничениями со стороны западных производителей, они разорвали контракты, перестали с нами работать. И мы встали перед вызовом — сможем ли воссоздать весь стек технологий, необходимых для обеспечения ведения нашего бизнеса?
Мы решили этот вопрос. Более того, провели ряд стресс-тестов, отключив себя от западного интернета, оставив только рунет. Важно было проверить, сможем ли мы «собрать» наши продукты, скомпилировать, осуществить полный технологический цикл производства и сбыт. Получилось раза с пятого. Когда стали массово вводиться санкции в отношении российских компаний, многие из них обратились к нам с просьбой поделиться этим опытом.
Если говорить о рынке в целом, то Россия в состоянии обеспечить себя отечественными решениями прямо сейчас. Да, не везде все будет идти гладко. Но, на мой взгляд, сейчас только три страны способны создавать полный стек технологий рынка кибербезопасности — Соединенные Штаты, Израиль и Россия.
У нас были международные юрлица за рубежом: офисы в Лондоне, Бостоне. Еще до начала спецоперации мы предупредили своих иностранных клиентов, что если они хотят остаться с нами, то должны подписывать контракты с российским офисом Positive Technologies. Кто-то ушел, кто-то перешел в периметр российского офиса. Иностранные локации мы закрыли (с 2018 года продолжает работу юрлицо «Позитивные технологии» в Казахстане, — прим. ред.).
Сейчас мы выбрали локации, которые более лояльны к России, либо у них есть запрос на цифровой суверенитет, и они не хотят зависеть ни от Китая, ни от Израиля, ни от Америки, ни от России. Они говорят: «Дайте нам решение по кибербезу, которым можем управлять мы». И в этом плане у России большой потенциал.
Кибербезопасность наравне с производством вакцин и электростанций может стать еще одним крупным источником экспорта. Кроме того, наши решения, продукты и технологии были проверены в реальной агрессивной среде после многочисленных кибератак 2022 года. Как страна в целом мы выстояли.
Индустрия кибербезопасности находится на этапе необходимости концептуального переосмысления на уровне бизнеса, отраслей, государств и правительств. Сейчас уже понятно, что важны не аттестация и сертификация. Цель кибербезопасности — сделать невозможными события, которые никогда не должны случаться. Сертификатами эту задачу не решить. И государство уже демонстрирует осознание этого вопроса. По сути, увеличение штрафов за утечку персональных данных — это демонстрация этого переосмысления. Практическая безопасность — это то, что должно в целом «пересобрать» индустрию российской кибербезопасности.
