Магия с первого дубля
По словам Михаила Анисимова, телеспектакль и телевизионная версия спектакля — сегодня это разные понятия. Телеспектакль создаётся специально для телевидения, в студии, это оригинальная постановка, написанная с учётом возможностей и специфики телевидения. Телеверсия же — это запись существующей и идущей в театре постановки, задача которой передать то, что зритель увидел бы в зале. Телевизионные средства — крупные планы, смена ракурсов, монтаж — при этом используются, но «четвёртая стена» и живое взаимодействие актёров в пространстве зала сохраняются.
Советскую школу телеспектакля Анисимов считает опорой, а не пройденным этапом. По его словам, изучение телеспектаклей имеет огромное значение для режиссёров, снимающих театральные постановки, потому что показывает, как соединить театральную драматургию и телевизионную режиссуру. Многокамерная съёмка и высокое разрешение позволяют выйти на новый уровень, но главный принцип, говорит он, остаётся неизменным: телеверсия должна сохранять дух театральной постановки. Язык здесь не выстраивается заново, а развивается на фундаменте советской школы.
Производственный цикл одной телеверсии начинается за несколько месяцев до съёмки и заканчивается примерно через месяц после неё. Сначала согласуются дата и план расстановки камер, формируется партитура съёмки. Затем обязательно проводится прогон всего спектакля без остановок — продюсер называет его одним из важнейших моментов, поскольку без настройки и синхронизации всех участников качественно снимать невозможно.
В съёмках каждого спектакля из коллекции «Золотого фонда театральных постановок России» задействовано семь камер, и каждая работает по своей задаче: одна держит общий план, другая ловит реакции артистов и зрителей, третья фиксирует крупные планы и детали. Выбор, по словам Анисимова, делается прямо во время спектакля — режиссёр в аппаратной переключает планы, как на трансляции, и это монтаж здесь и сейчас, а не потом. Для этого нужно знать спектакль наизусть, чувствовать его темп и заранее понимать, куда в следующую секунду пойдёт актёр. Сам монтаж продюсер называет второй режиссурой: все семь камер синхронизируются по времени, а задача — сохранить драматургический ритм и передать эмоции через крупные планы, не потеряв при этом пространство сцены и атмосферу зала.
От съёмок кино, сериалов и шоу работу над телеверсией отличает отсутствие второго шанса. Спектакль снимается целиком, в один вечер, при зрителях, и остановить запись нельзя.
«Если актёр забыл текст или сбился — это уже в материале. Поэтому вся подготовка, весь прогон накануне — это попытка свести риск ошибки к нулю. В кино ты можешь переснять сцену, здесь ты обязан предугадать», — объясняет Михаил Анисимов.
Монтировать телеверсию из двух разных вечеров группа проекта принципиально отказывается: по словам продюсера, это нарушает целостность и ритм, а двух идентичных показов не бывает. Страховкой служит сама многокамерность — если партитура съёмки подготовлена правильно, накладку можно перекрыть другим планом. Если так устранить её не удалось, проводятся досъёмки отдельных сцен: мизансцена полностью восстанавливается и записывается уже без зрителей. Любые импровизации и изменения во время съёмки, предупреждает Анисимов, могут привести к потере материала, за которым стоит труд большого количества людей.
Приёмы телевидения в театре
Ощущение живого зала создаётся несколькими приёмами. Седьмая камера снимает не сцену, а зрителей: аплодисменты, смех и, как формулирует продюсер, «коллективное дыхание публики» обязательно вставляются в монтаж. Общий план при этом держится как база, чтобы зритель не терял ощущения сценического пространства, — увлечение крупными планами, по словам Анисимова, разрушает театральную условность. Монтаж не должен ускорять или замедлять спектакль, а паузы сохраняются, потому что именно в них живёт напряжение. Звук пишется живым, вместе с естественной акустикой: без реакции зала, говорит продюсер, он получается «стерильным», а с ней возникает иллюзия присутствия. Свет адаптируется под камеру, но так, чтобы не потерять художественный замысел, — это всегда компромисс.
Спектаклей, которые невозможно снять, по словам Анисимова, не существует. Сложные случаи — иммерсивные постановки с прямым контактом с залом, тяжёлые световые партитуры — решаются не отказом от съёмки, а совместной подготовкой съёмочной группы и театра и адаптацией расположения камер. Продюсер вспоминает спектакль, где зрители сидели с двух сторон от сценического пространства, больше похожего на подиум.
«Сценография и художественное решение делали из зрителя любопытного соседа, как будто подглядывающего из-за забора. Нам было важно передать именно этот зрительский опыт — и при этом поставить камеры так, чтобы не мешать зрителям в зале», — рассказывает он.
В итоге нашлись крайне неожиданные и при этом удачные места и планы, а телеверсия, по оценке Анисимова, получилась одной из самых ярких в коллекции «Золотого фонда».
Вмешиваться в художественную структуру спектакля съёмочная группа права не имеет.
«В кино режиссёр лепит кадр, меняет мизансцены, переставляет актёров. В телеверсии спектакля мы не имеем права разрушать театральную режиссуру. Мы переводим её на язык телевидения, но не переписываем. Камера должна усиливать спектакль, а не заменять его. Телеверсия — это живой организм, который ты должен поймать с первого раза и не разрушить», — формулирует Михаил Анисимов.
Любовь к театру рождается здесь
По словам генерального продюсера, проект «Золотой фонд театральных постановок России» ни в коем случае не уводит зрителя из региональных театров, а, напротив, способствует их популярности. Многие театры отмечают, что после премьеры телеверсии спектакли собирают аншлаги, а телепоказ увеличивает узнаваемость театра в целом, что важно для гастролей и фестивалей.
Отдельный результат проекта «Золотой фонд театральных постановок России» — популяризация национальных театров России. Особый интерес к таким постановкам, рассказывает Анисимов, проявляют зрители того же региона, откуда родом сам спектакль, но и другие части страны проявляют к ним интерес. Телевидение стирает географические границы и делает искусство доступным для миллионов. Для национального театра показ на всю страну становится выходом за пределы собственной республики — он работает на узнаваемость и на то, чтобы зритель из другого региона захотел приехать и увидеть спектакль вживую.
«Телеверсия, безусловно, не заменяет живое посещение театра, у нее другие цели. С одной стороны, это возможность сохранить постановку в цифровом архиве для настоящих и будущих поколений зрителей. С другой — способ привести зрителя, в том числе молодого, в зал, за ощущением театрального таинства. Мы уверены, что проект „Золотой фонд театральных постановок России“, который мы создаем совместно с дорогими партнёрами из Союза театральных деятелей России, оставит след в истории театрального искусства и продемонстрирует миллионам зрителей красоту и многообразие театров из разных уголков нашей большой страны», — резюмирует Михаил Анисимов.
Спектакли из коллекции «Золотого фонда театральных постановок России» доступны к просмотру на телеканале «Большой эфир» оператора «Триколор» и в онлайн-кинотеатре «Триколор Кино и ТВ» бесплатно и без регистрации для всех жителей России.
_68fa76f4c176a.jpg)
