«Госсектор стал экспериментальной площадкой»
Основным драйвером при переходе на российские решения стала государственная политика, направленная на обеспечение технологического суверенитета. Импортозамещение превратилось в стратегическую необходимость, но не менее важно то, что российские решения достигли определенной зрелости, считает директор по работе с государственными заказчиками компании «Гигант-Компьютерные системы» Алексей Колодка. «Если 3–4 года назад заказчики переходили на отечественное по требованиям законодательства, то сейчас все чаще — по экономическим и функциональным причинам. Локализация технической поддержки, отсутствие санкционных рисков, возможность влиять на развитие продукта — это стало реальными конкурентными преимуществами российских продуктов», — сказал он.
По словам руководителя управления серверных и сетевых систем «Гравитона» Александра Фильченкова, российская вычислительная техника развивается очень активно, разрабатываемые и производимые в России модели не уступают мировым стандартам, а компании-разработчики могут обеспечить необходимое количество товаров и сервис.
Ключевыми причинами перехода эксперты называют ужесточение регулирования либо финансовые расчеты. Коммерческие компании, как правило, откладывают переход до момента возникновения критических проблем, руководствуясь прежде всего финансовыми соображениями и сохраняя возможность использовать параллельный импорт через проверенных поставщиков. Объекты критической информационной инфраструктуры и организации государственного сектора вынуждены действовать более осознанно, однако при этом нередко сталкиваются с рисками, связанными с недостаточной отлаженностью отечественных продуктов, говорит директор департамента реализации инфраструктурных проектов ГК Softline Виталий Попов, добавляя в качестве примера, что приобретенная система хранения данных может оказаться несовместимой с российской виртуализацией либо работать не в полном объеме, что приводит к дополнительным затратам.
«В этом смысле государственный сектор выступает в роли экспериментальной площадки, где на практике испытываются российские решения, особенно в части серверного оборудования», — подчеркнул он, добавив, что в компаниях с госучастием ситуация неоднозначна: они заинтересованы в экономической эффективности, при этом ограничены требованиями по импортозамещению.
Позитивным фактором он называет то, что отечественные вендоры значительно продвинулись в разработке систем хранения данных и серверного оборудования, а демофонды у интеграторов стали достаточно обширными. В то же время при внешней российской сборке зачастую используются импортные процессоры и другие иностранные компоненты.
При миграции данных и приложений с зарубежных платформ на российские трудности обычно возникают не на уровне переноса данных как такового, а на стыке приложений, виртуализации, СХД, резервного копирования и ИБ. В 2026 году массовый переход на российские платформы виртуализации уже идет, главным практическим узким местом остается совместимость серверов, хранилищ и платформы управления, указывает гендиректор холдинга SNDGLOBAL Ольга Квашенкина.
Для СХД все чаще подтверждается совместимость с российскими и open source-экосистемами, в том числе с OpenStack, а перенос операций резервного копирования на уровень хранилища через аппаратные снапшоты делает восстановление более предсказуемым и снижает нагрузку на виртуальную инфраструктуру. Поэтому в большинстве случаев доработка ПО нужна точечно, а не в формате полной переработки прикладной логики. Обычно приходится адаптировать драйверы, агенты резервного копирования, параметры доступа к СХД, политики отказоустойчивости и окна обслуживания, а также заново проверять поведение системы, особенно при пиковой нагрузке и при восстановлении после сбоев, отметила она.
В «Гравитоне» «Телеспутнику» рассказали, что продукция проходит обязательное тестирование с российскими операционными системами, прикладным программным обеспечением и гипервизорами, но из-за огромного количества программных продуктов в реестре Минцифры невозможно их все проверить на совместимость. «Мы определили для себя две процессорные архитектуры, для которых поддерживаем совместимость с разработчиками. Это Х86 и ARM. Разработки с поддержкой этих архитектур программными продуктами стандартизованы и в большинстве случаев совместимость будет обеспечена на уровне разработки. А когда требуются специализированные решения, мы выбираем два схожих продукта и готовим совместно техническое задание на доработку. Таким образом решается большинство вопросов по совместимости программной и аппаратной части продукции», — пояснил Александр Фильченков.
Основные сложности при миграции данных и приложений с зарубежных платформ на российские не меняются с 2022 года — с одной стороны это несоответствие требованиям, которые формируются на основе представления заказчика о западных продуктах, и крайне высокая цена — с другой, утверждает заместитель руководителя направления инфраструктурных сервисов и услуг ICL Services Иван Синев.
«Если в РФ нет СХД Enterprise класса, то это автоматически значит, что проект ее замены — это история не про то, как поставить новую, наладить ее и перенести данные. А про то, как перекроить архитектуру приложений, работающих с этой СХД, так, чтобы работало на отечественном: где-то децентрализовать, где-то поработать годик со старой СХД, где-то импортозаместить и приложения. Из своей практики не припомню ни одного заказчика, который бы выводил из эксплуатации старые СХД. Им всегда находится применение», — резюмирует Иван Синев.
Как меняется совокупная стоимость владения?
После перехода на российские решения совокупная стоимость владения, как правило, возрастает, констатирует Виталий Попов. Он связывает это с необходимостью приобретения запасных частей и дополнительной поддержки, например трехлетнего постгарантийного обслуживания, поскольку не все вендоры предоставляют пятилетнюю гарантию, также сказывается и общий рост цен.
Динамика изменения стоимости владения зависит от возраста заменяемого оборудования, а итоговое ее изменение определяется исходным состоянием инфраструктуры и условиями эксплуатации. «Если оборудование эксплуатировалось 10–15 лет, его состояние в любом случае было проблемным, и переход на новую российскую технику дает преимущество за счет исправной работы. Если заменяемое оборудование относительно свежее (5–7 лет), то затраты на переход могут оказаться выше из-за необходимости оплачивать трехлетний цикл поддержки, продление сервисных контрактов и расширенное обслуживание. В случае использования устаревшего оборудования, где поддержка уже отсутствовала, переход может быть экономически оправдан», — подчеркнул Виталий Попов.
«Разумеется, совокупная стоимость владения растет! Во-первых, абсолютно все отечественное дороже. Уже одного этого достаточно. Прибавьте к этому тот факт, что очень часто приобретается не то, что требуется, а банально то, что имеется в наличии, и получите инфраструктуру с огромным CAPEX и завышенным OPEX из-за неоптимальных конфигураций», — указывает Иван Синев.
Эксперты отмечают, что при оценке экономической эффективности важно разделять краткосрочный и долгосрочный эффекты. «В моменте — на этапе миграции и внедрения — совокупная стоимость владения, безусловно, возрастает. Это объективная реальность: компания несет дополнительные затраты на закупку нового ПО или "железа", параллельную эксплуатацию старых и новых систем, обучение персонала и адаптацию бизнес-процессов. Но на горизонте 3–5 лет картина может измениться. Мы полагаем, что объективно считать окупаемость проектов импортозамещения можно будет не ранее чем через 5 лет после внедрения. Именно тогда станет ясно, выиграл ли бизнес в операционных расходах, логистике обновлений и скорости реагирования на инциденты. Пока инвестиционная фаза не завершена, корректно говорить не о снижении совокупной стоимости владения, а о переходе к управляемой и прогнозируемой модели затрат», — рассказал Алексей Колодка.
По словам Ольги Квашенкиной, совокупная стоимость владения после перехода в таких проектах обычно меняется не линейно — на входе бюджет может вырасти, а на горизонте эксплуатации снизиться за счет ресурса, сервисной предсказуемости и сокращения инфраструктурных затрат. Она отмечает, что изменилась структура совокупной стоимости, в которой нужно учитывать не только цену закупки, но и параметры памяти DRAM/NAND, сервис, сроки поставки, охлаждение и простои, даже площади помещений.
Вызовы перед российской электроникой
По оценке «Гравитона», доля закупок серверной инфраструктуры российского производства составляет более 60%, а в части систем хранения данных она значительно ниже и не превышает 30% от общего количества. «Однако тенденция роста отгрузок именно отечественных продуктов растет из года в год, и мы видим, что обратной ситуации уже не будет. С учетом того, что на рынке России уже большое количество разработчиков, конкуренция требует постоянного улучшения продуктов, а это ведет за собой повышение доверия со стороны заказчиков», — комментирует Александр Фильченков.
При этом эксперты отмечают ключевые вызовы, которые стоят перед отечественной серверной отраслью. У части отечественных решений базовая функциональность есть, но не всегда хватает именно запаса на реальную жизнь, говорит Ольга Квашенкина.
«На бумаге все может выглядеть корректно, но в инфраструктуре с высокими требованиями к непрерывности работы этого недостаточно. Необходимо не просто серийный продукт, а инфраструктурная связка, которая без отдельного батарейного зала, без избыточной вентиляции и без сложной обвязки уверенно держит нагрузку и быстро возвращается в режим готовности», — добавляет она.
Виталий Попов, говоря о функциях, которые отсутствуют у российских решений, отмечает зрелость экосистемы. Например, при подключении системы хранения данных к нескольким серверам в кластере с платформой виртуализации формально могут быть заявлены три разных вендора и даже декларирована совместимость, однако на практике решения часто не работают совместно. Возникает ситуация, когда производители перекладывают ответственность друг на друга. Другой ключевой вопрос — качество тестирования, согласованность функций, версий и прошивок. Отдельного внимания заслуживают высокопроизводительные решения корпоративного уровня: режим Active-Active, синхронная репликация, отказоустойчивые конфигурации, метрокластеры, дедупликация данных. Качество работы этих функций критически важно для выбора решений. Если они функционируют нестабильно, а у зарубежных (например, китайских) вендоров работают надежно, заказчик предпочтет последних. Привыкнув к такому уровню, клиент не сможет перейти на более простое решение, уверен эксперт.
«Существенное значение имеет и сервисное обслуживание. У западных производителей, таких как HP, действовало правило «следующий рабочий день»: при поломке инженер приезжал с запчастью, хранившейся на ближайшем складе. Это было платным, но необходимым для критически важных систем. В настоящее время уровень сервиса часто оказывается недостаточным», — добавил Попов.
«Мы, как интегратор, видим неизменный запрос на высоконагруженные системы, с которыми все также есть проблемы — недостаточная производительность и/или крайне высокая цена. Например, в запросах постоянно видим высокочастотные AMD процессоры для 1С. Но таких систем почти нет в России. Продажи отечественной электроники драйвятся исключительно реестром. На свободном рынке, к сожалению, отечественные электронные изделия не выдержат конкуренции. С ПО, кстати, ситуация не такая драматичная. Там есть сильные вендоры, вполне способные на экспансию на зарубежные рынки. Например, в области виртуализации, ИБ или КХД», — говорит Иван Синев.
Алексей Колодка называет самым уязвимым местом отечественных серверов и СХД элементную базу. «По нашим оценкам (и по данным отрасли), около 70% оборудования, которое собирается в России, нуждается в зарубежных компонентах. Для заказчиков из чувствительных секторов (оборона, энергетика, финансы) критически важна не просто функциональность, а гарантия того, что вся цепочка — от сырья до интерфейса — находится под национальным контролем. Пока этот разрыв не будет закрыт, говорить о полноценном ИТ-суверенитете преждевременно», — добавил он.
_6729c73c790f0.jpg)
